Moissonnier

Во время серьезных беспорядков в городе Bourg-en-Bresse 21 апреля 1885 года Эмиль Муасонньер даже не мог представить, что небольшая мебельная мастерская, которую он торжественно открыл этим утром в саду своего дома, просуществует до третьего тысячелетия.

Он не знал, что положит начало линии мебели, которой передаст весь свой огромный талант, и которая будет иметь отличительные черты коллекции Муасонньер: искусство рисования и скульптуры, искусство производства редких вещей, согласно правилам французской мебельной школы.

Габриель и Пол, сыновья Эмиля, выросли среди древесных стружек, скульптурных заготовок, среди пахучих обрезков зарождающейся драгоценной вещицы, среди капель расплавленного воска, олифы и скипидара. Во время своего нежного детства они лелеяли мечту заново отделать родительскую мастерскую, чтобы новый производственный взлет сделал известным искусство семьи Муасонньер за пределами родного Bresse. В середине 20-х годов они начали строить новую мастерскую в саду своего отца с той целью, чтобы она соответствовала их возрастающему пристрастию к исключительности. Но воплотить свою мечту им удалось только зимой 1946 года, когда они перенесли мастерскую в только что построенную фабрику на другой стороне улицы. Старый дом Эмиля был превращен в офис, а прежняя мастерская – в магазин. В это же время, чтобы отпраздновать рождение сына Габриеля Жан-Лупа, во дворе фабрики был посажен кедр.

Кедр так и остался стоять во дворе. Жан-Луп вырос, научился искусству краснодеревщика у своего отца и дяди, и затем уехал в Париж, где стал светским художником и модным фотографом.

Но в 80-х исконный зов леса стал сильнее блеска парижской жизни, и Жан-Луп вернулся домой, чтобы управлять предприятием с помощью своей жены Анни-Пьер, бывшей в то время модным стилистом.

Они вдвоем стали создавать уникальный стиль Муасонньер, который есть плод прекрасной алхимии между древним и современным, величие дедовского искусства и легкость современной моды и движения. Развитие знаменитой патины Муасонньер (разработана Жан-Лупом, секрет окончательной обработки хранится в недрах фабрики) грубо нарушило власть времени над красотой и вечной свежестью. Коллекция словно получила отпечаток непринужденности, щегольства, стала слишком модной, в ней бронза отделывается украшениями и глазурью, покрывается лаком и полируется воском.